MENU

Гибель российского журналиста: такие, как Максим, не выходят сами с пятого этажа

3275 0

Журналист Максим Бородин

После гибели Саши Щетинина, а вслед за ним и его детища – "Нового Региона", я почему-то наивно думала, что у меня в жизни больше не будет смертей, связанных с "Новым Регионом". И вдруг – Макс.

Максим Бородин был для меня, конечно, "человеком из прошлой жизни", из доэмиграционного периода. Я знала его уже лет десять. Близкими друзьями мы не были, но всегда сохраняли хорошие отношения, и раньше периодически сотрудничали в рамках некоторых расследований.

Бывало, я давала комментарии для его сюжетов, помогала с материалами, мы обсуждали вместе какие-то вопросы, регулярно встречались на различных пресс-конференциях.

Помню, как мы обсуждали ситуацию с Егором Бычковым восьмилетней давности, в чем-то не соглашались, спорили, созванивались, делились информацией. Помню и много других общих тем…

Читайте также: The Times: Преступления Путина

Последний раз видела его вживую на антивоенном марше в Екатеринбурге в марте 2014 года, перед самым отъездом. Максим был там, как журналист, и я гадала, поддерживает ли он позицию участников протеста. Раньше его отношение к некоторым оппозиционерам бывало весьма ироничным, и, как бывает с малознакомым человеком, в переломные моменты не знаешь, чего именно ждать.

Он не подвел, и высказал резко негативное отношение относительно действий России в Крыму.

"Глупость – это мягко сказано", – сказал мне тогда Макс.

Вот это у Максима было всегда – моральный компас, личная честность. Он был ершистым порой, в меру циничным, он не боялся провоцировать и задавать острые вопросы, но он никогда не участвовал в подлостях. Помню, когда я начинала сотрудничать с Сашей Щетининым, одно из первых, что я ему сказала вначале – я знаю Максима Бородина из вашего агентства, мы много раз сотрудничали.

По сути, Максим, сам того не зная, оказался моей первой связующей ниточкой с Сашей и его детищем.

После начала горячей фазы русско-украинской войны Саша всецело поддержал Украину и вынужден был порвать связи с российской редакцией сайта.

Я поддержала Сашу и стала работать в украинском "Новом Регионе". Максим, всю жизнь живя и работая в Екатеринбурге, остался в российской редакции, изменившей свое название на "Новый день". Казалось бы, наши пути разошлись. Но Макс никогда не упрекал меня в моем выборе.

Его моральный компас не подвел и на этот раз. Он всецело понял все, что я делала. Мы просто работали в разных "Новый Регионах", каждый делая свое дело.

Максим все равно всегда пытался писать правду – настолько, насколько это возможно делать журналисту, живя в России. Дотошный, упрямый, всегда имеющий свое мнение. Он писал о российских наемниках в Сирии, устанавливал их личности. К нему было очень сложно придраться, потому что он всегда докапывался до фактов.

Ровно год назад он не побоялся снова обратиться ко мне за комментарием – в то время, когда в России я уже практически официально считалась "врагом народа". Он попросил дать комментарий по поводу одной проблемной организации, расследованием деятельности которой мы с ним вместе занимались несколько лет.

Я отказалась, объяснив, что не хочу играть на руку современной российской пропаганде. Тогда, когда я занималась изучением этой организации, я подходила к делу с точки зрения защиты прав человека, интересов отдельных личностей.

Теперь, в нынешней России и речи нет о защите чьих-то прав, и все подобные расследования и решения носят только политический и репрессивный характер. И пояснила, что никакая организация, даже самая проблемная, не сравнится в части нарушения прав человека с самой российской властью, а потому я не считаю в таких условиях этичным критиковать кого-то другого.

Читайте также: Мифология Павла Шеремета

"Понимаю, и, наверное, уже не слишком уместно. В стране Крым очень многое изменил", – ответил тогда Макс.

Опять безошибочный моральный компас, понимание изменившейся ситуации даже на фоне того, что это било по его расследованию. И его бессменное: "Удачи, пиши, если что".

Вот это всегда в нем было главным. Он был порядочным. Не стыдился своих друзей, не прятался от правды, не был конъюнктурщиком. В жутких условиях современной России оставался человеком. Не боялся лезть на рожон.

Сейчас понимаю, что, когда была возможность, надо было ближе дружить, чаще общаться. Но тогда, в Екатеринбурге, мы так привыкли, что Макс всегда есть, всегда рядом, что казалось, так будет всегда. Что он всегда будет приходить на пресс-конференции, что ему можно позвонить или написать, что он никогда не подставит и не солжет.

Всегда осведомленный, надежный, немного упрямый, всегда делающий то, что считал правильным. Ни разу в нашем общении за 10 лет он ни в чем меня не разочаровал.

Я уже не знала, чем он занимался в последние годы. Судя по его странице, он жаловался на нападения, избиения, силовиков, подкарауливающих у дверей его квартиры, но уж точно не на депрессию.

Такие, как Максим, не выходят сами с пятого этажа. Я знаю, что в России убивают легко, с каждым годом все легче. Убивают с одобрением на высшем уровне, и на всех других уровнях – тоже: за рубежом, в Москве и в регионах.

Убивает не только Путин, но и сами силовики, и бандиты, и бандиты в сговоре с коррумпированными силовиками – в зависимости от уровня и причин убийства.

С каждым годом человеческая жизнь в России обесценивается все больше. Что стоит жизнь одного журналиста в стране, которая угрожает всему миру ядерным оружием, советует собственному населению, что брать с собой в бомбоубежище, и рассуждает, что "на миру и смерть красна"?

Но Макс на страну не жаловался, он делал свое дело в тех рамках, в которых мог. И закончил так, как заканчивают многие порядочные люди в России, очередной раз подтвердив этим свою порядочность.

Как же так, Максим?

Когда я уезжала, мне важно было, что кто-то остается. Что кто-то, кому можно верить, в ком можно не сомневаться, и кто не сомневается во мне, обязательно останется. Даже здесь мне важно, что вы там есть, ребята, потому что прошлое не забывается. Но вас становится все меньше.

И ты, Макс – ты всегда был живым, таким живым, тебя просто невозможно представить человеком, о котором читают в некрологах! Снова смерть, снова "Новый Регион".

Спасибо, Макс, что всегда понимал мой выбор, что равно принимал и согласие, и отказ, что уважал и никогда не судил. Это было смело, как и все остальное. Я рада, что знала тебя лично.

Прости, если в чем-то подвела...

Кращі публікації з блогів відтепер у твоєму месенджері! Підписуйся на UAINFO у Telegram: https://t.me/uainfo_org

Ксения КИРИЛЛОВА


Сообщить об ошибке - Выделите орфографическую ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter

Понравился материал? Смело делись
им в соцсетях через эти кнопки

Другие новости по теме



Правила комментирования »  


Новости