MENU

New Eastern Europe: Гражданская журналистика в Крыму

1806 0

После присоединения Крыма к Российской Федерации полуостров становится все более изолированным, а информация о нем недоступной. Поскольку плюрализм средств массовой информации исчез, вещавшие на украинском и татарском языковых СМИ были закрыты, а многие независимые журналисты бежали с полуострова, единственным транслятором информация стали оссийские СМИ, которые, между тем, рассказывают только часть истории.

Мы знаем, что ситуация в Крыму не такая радужная, как показывает Россия. Этнические меньшинства и противники оккупации находятся в тяжелом положении в условиях российского режима, местные власти и службы безопасности ведут охоту на независимых и диссидентски настроенных  журналистов. Благодаря активности некоторых из них, в частности в социальных сетях, сегодня мы можем увидеть более сложную картину того, что происходит в Крыму. Мы собрали их комментарии вместе.

Вопрос совести

"Положение в СМИ в Крыму резко ухудшилось с 2014 года: пришло время действовать", – так ответил Михаил Батрак на мой вопрос о растущем феномене гражданской журналистики в Крыму.

Михаил начал освещать судебные процессы над диссидентами и политзаключенными в Крыму. Среди них случай Владимира Балуча, который уже несколько месяцев держит голодовку. По словам Ремзи Бекирова, крымско-татарского активиста и члена организации, объединяющей семьи политзаключенных,  под названием "Крымская солидарность": "В сегодняшнем Крыму гражданская журналистика – это не только актуальное, но и необходимое, явление". Эльмаз (она  публикуется анонимно) комментирует: "Я даже не знала, что это называется гражданской журналистикой, я просто начала описывать то, что я переживаю,  в социальных сетях. Некоторые из СМИ начали меня цитировать, некоторые из них даже не спрашивали разрешения. Но я не возражаю, есть это поможет людям узнать больше о нашей ситуации".

Читайте также: Хто такий "правильний журналіст"

Эти простые граждане начали освещать факты растущих репрессий, обысков и арестов на полуострове. Этих людей объединяет общая черта: они не по своей воле решили стать журналистами, их вынудили обстоятельства. Это можно назвать вопросом совести.

Как все это работает? Такая информация не может открываться без сообщества, основанного на взаимной солидарности и доверии. Всякий раз, когда происходит обыск, информация распространяется через социальные сети в вирусной форме. Если бы эти люди не описывали происходящее, о многих из этих случаев никто никогда бы и не узнал.

Их деятельность сопряжена не только с высоким эмоциональным компонентом, вызванным гневом, печалью и надеждой, но также подразумевает очень высокие риски.

Профессиональные риски

Независимые журналисты в Крыму сталкиваются с серьезной опасностью, безотносительно того, профессионалы они или нет. Аресты, обыски и угрозы – с этим практически ежедневно сталкиваются диссиденты и независимые журналисты, которые бросают вызов информационной монополии на полуострове. В условиях, когда профессиональные независимые журналисты покинули полуостров, активисты становятся на их место.

Ярким примером этой тревожной тенденции является рассказ Наримана Мемедеминова, члена "Крымской солидарности", гражданского журналиста. Мемедеминов, ставший мишенью для местной полиции в связи с участием в протестных демонстрациях, был похищен из своего дома утром 22 марта и до сих пор находится в СИЗО города Симферополь. Хотя его официально обвиняют в якобы распространении террористических идей, многие из его соотечественников, среди которых известный адвокат Эмиль Курбединов, считают, что он был наказан за свою деятельность в качестве репортера.

Обществу вокруг Мемедеминова удалось мобилизовать часть украинского журналистского сообщества, но кроме акций солидарности ничего не изменилось. Поэтому имя Мемедеминова по-прежнему присутствует в так называемом "списке Сенцова", состоящем из имен 70 политических заключенных, за освобождение которых украинский кинорежиссер держит голодовку.

"Риск подвергнуться аресту есть всегда", – комментирует Михаил Батрак, отмечая большое количество уголовных дел, которые открываются в Крыму, а это означает, что никаких доказательств против обвиняемых нет, а предполагаемые доказательства сфальсифицированы.

Читайте также: Новости Крымнаша. "В России черные понедельники становятся привычным элементом экономического ландшафта"

Ремзи Бекиров вспоминает, как его арестовали в прошлом году во время обыска в доме знакомого: "Они отвезли нас в районную полицию, а затем нас подвергли административному аресту за предполагаемое «несанкционированный протест".

Угрозы, конечно же, также очень распространены: "Я постоянно получаю письменные угрозы, но я стараюсь не думать об этом, потому что не хочу, чтобы они достигли своей цели, которая состоит в том, чтобы запугать меня и заставить замолчать", – говорит Эльмаз.

Алексей Шестокович испытал психологическое и физическое насилие, после чего он был вынужден покинуть родной город, Севастополь. Алексей – анархист-активист и активист-эколог, и говоря о своей деятельности замечает, что "каждый активист должен быть немного журналистом". На канале Алексея в YouTube появилось множество видео, снятых за последние несколько лет.

В начале марта Алексей был арестован вместе с другим активистом, и, как он сообщает, он подвергался пыткам со стороны полиции в течение десяти дней содержания под стражей. Выйдя из тюрьмы, он понял, что в Крыму больше не будет в безопасности. Алексей покинул полуостров и сейчас находится в Италии: "Если бы я был дома, я бы находился под постоянной угрозой ареста, меня постоянно преследовали. А агенты секретных служб говорили мне: "рано или поздно мы отправим тебя в тюрьму".

Что будет дальше с Крымом

Чего ждать в будущем? Тема Крыма практически исчезла из газет и международных политических программ.  Очень редко – в последний раз по случаю проведения чемпионата мира по футболу в России – говорилось о состоянии дел на полуострове, но создается впечатление, что Севастополь и Крым теперь считаются новыми российскими федеральными субъектами.

Есть еще те, кто сопротивляется злоупотреблениям, и не просто стремится выжить, но активно противостоит, всегда ненасильственным образом. Однако в этом акте сопротивления часто сосуществуют разные чувства: чего можно таким образом достичь?

Ремзи Бекиров не сомневается в том, какой поддержки желает получить от международного сообщества и СМИ: "От  Украины и международных СМИ мы ожидаем конкретных действий в отношении политических заключенных. Мы не можем перестать говорить о крымских татарах, о решении их проблем нужно говорить на страницах газет".

Комментарии Эльмаз отдают горечью: "Я не знаю, чего мы можем ждать от международного сообщества и СМИ, – комментирует она, – если через четыре года после аннексии они не сделали ничего значимого". Эльмаз просит уделить внимание Крыму, но по-прежнему очень пессимистично относится к судьбе, которая ждет таких, как она: "Что касается жителей Крыма – активистов, журналистов или кого-то еще – никто не может нас защищать. Нам остается полагаться лишь на себя".

Підписуйся на сторінки UAINFO у FacebookTwitter і Telegram

Оригінал на  New Eastern Europe

Переклад – Андрій САБАДИР, спеціально для UAINFO


Повідомити про помилку - Виділіть орфографічну помилку мишею і натисніть Ctrl + Enter

Сподобався матеріал? Сміливо поділися
ним в соцмережах через ці кнопки

Інші новини по темі



38022.txt Открыть с помощью Google Документы Отображается файл "38022.txt"
Правила коментування »  

Новини