MENU

Монопартийное большинство – шанс вырваться из ловушки бедности. Реализует ли его Зеленский?

949 0

Создание в парламенте пропрезидентского однопартийного большинства позволяет сформировать все органы власти. Это уникальный шанс для проведения реформ по всем направлениям. И шанс затормозить деградацию Украины, которая нам грозит в ближайшие десятилетия.

Где мы?

Сегодня мы производим лишь 65% продукции от уровня 1990 года. С того момента польская экономика выросла почти впятеро, вьетнамская – в 11 раз, а китайская – почти в 23 раза.

По оценкам Всемирного банка, чтобы догнать по уровню жизни Польшу нам понадобится 40-50 лет, а Германию – 100 лет. Для ныне живущих граждан Украины это означает: "никогда".

В реальности важно не упасть еще глубже.

Все быстрее умирает советский научно-промышленный потенциал, мы теряем целые отрасли, упрощается экономическая структура.

Экономист Сергей Кораблин показал, что наша сырьевая экономика будет провоцировать кризисы даже при росте цен на товары нашего экспорта. В периоды благоприятной мировой конъюнктуры цены на наш импорт растут примерно в 1,25 раза быстрее, чем на наш экспорт. В итоге даже в "тучные" годы наши торговые дефициты обостряются. И мы перекрываем их новыми долгами.

Наш ВВП в долларовом выражении по итогам 2018 года достиг только 71 % от уровня 2013-го. Мы опять растем медленнее, чем окружающий мир.

Условия для роста и риски. 

Эффективные институты. 

Рост позиций Украины в международных рейтингах не должен обманывать: объемы прямых иностранных инвестиций (ПИИ) с каждым годом сокращаются. В 2018 году их было около $2,4 млрд. Это почти в 6 раз меньше, чем перечислили трудовые мигранты. ПИИ на душу населения в Украине в десять раз ниже, чем в Чехии. Не лучше и с внутренними инвестициями.

Ключевая причина – отсутствие защиты собственности и четких правил. Иными словами – эффективных государственных институтов. Как инвестор может быть уверен в сохранности своих вложений, если президент страны, который инициировал и провел судебную реформу, возмущается судебными решениями и называет их "авантюрой", а премьер-министр жалуется на огромные взятки со стороны монополий при подключении бизнеса к сетям? Иными словами, нам нужны работающие правоохранительные, антимонопольные, регуляторные органы, справедливая судебная система и многое другое.

Ибо, по оценкам МВФ, прямая коррупция стоит Украине минус 2% ВВП в год.

Промышленная политика. 

Что мы производим и продаем? В 2018 г. в структуре нашего экспорта доля продовольствия и сырья, минеральных продуктов и продукции металлургии достигла 77,9%. Причем, с 2005 года доля этих групп увеличилась почти на 10 пунктов.

По данным Госстата Украины

Что делали все успешные страны? На основе доходов от сырьевых отраслей создавали условия для притока инвестиций в более технологичные отрасли. К примеру, в Южной Корее руководство страны буквально заставило местных "олигархов" вкладывать средства в машиностроение и электронику, осыпая льготами и стимулами, но требуя захвата мирового рынка. И это удалось.

Поэтому главной задачей всех органов власти должен стать экономический рост и изменение структуры экономики. А промышленная политика должна лечь в основу плана реформ.

Простой пример. Десятки лет владелец "Моторсич" Вячеслав Богуслаев обивал пороги Кабмина с вполне рабочим проектом создания отечественного вертолетостроения. Но властям интересней тратить миллиарды на покупку импортных вертолетов.

Миф о том, что Международный валютный фонд запрещает подопечным странам иметь промышленную политику, опровергает экономист Татьяна Богдан.

Например, эксперты МВФ Д.Чериф и Ф.Гасанов советуют бедным государствам с сырьевой структурой внедрять активную технологическую политику по образцу азиатских тигров. Они подчеркивают, что стандартных рецептов – улучшения бизнес-климата, совершенствования институтов, развития инфраструктуры, инвестирования в образование и сохранения макроэкономической стабильности – явно недостаточно для перехода на траекторию динамичного и устойчивого роста. Они предлагают три ключевых фактора успеха: (i) поддержка отечественных производителей в технологичных отраслях; (ii) ориентация на экспорт; и (iii) стремление к жесткой конкуренции со строгой ответственностью.

Считаю, важно использовать весь комплекс стимулов: удешевление кредитования внутренним и внешним покупателям продукции наших приоритетных отраслей, дешевые кредиты и даже компенсации части инвестиций для строительства новых производств, упрощение импорта технологий и оборудования для создания новых технологичных предприятий, свободные экономические зоны, технопарки, упрощение подключения к коммуникациям, дополнительные экспортные пошлины на сырье. Почему Польша, Чехия, Южная Корея или Китай могут это делать, а мы – нет?

К сожалению, представители новой власти пока не заявляли о важности промышленной политики.

Долговая нагрузка. Ловушка Яресько. 

Для слабой экономики Украины сегодняшние долги – тяжелый груз, сильно тормозящий развитие. В этом году мы потратим на возврат и обслуживание долгов, по данным Минфина, 47,1% расходов госбюджета или около 12% ВВП. Это больше, чем на все силовые органы, образование и медицину вместе взятые!

Утверждение стратегии управления госдолгом – очень правильный шаг.

План по замене коротких долгов длинными понятен – надо упростить прохождение пиковых выплат в 2019-2021 годах. Но этого мало.

В 2015 году Минфин, по выражению экономиста Даниила Монина, заложил "атомную бомбу" под будущий рост. В мае 2021-го Украина должна начать выплаты по тем самым ВВП-зависимым облигациям. Чтобы вырваться из ловушки бедности, украинской экономике надо расти быстрее, чем 5% в год. Но соглашение имени Яресько обязывает Украину при росте нашего ВВП выше 3% вплоть до 2040-го года ежегодно отдавать кредиторам огромные суммы, в зависимости от превышения этого порога. Чем быстрее будем расти, тем больше будем отдавать. По сути, все, что мы могли бы потратить на развитие, мы будем вынуждены отдать. Если мы сейчас смогли бы сделать экономический рывок, то за якобы списанные $3 млрд. уже до 2025 года мы будем вынуждены выплатить около $20 млрд.

Что делать? Во-первых, начать переговоры об изменении соглашения либо выкупе этих ВВП-облигаций с дисконтом. Их владельцы должны понимать, если мы этого не сделаем, то не будет ни роста, ни прибыли. Во-вторых, важно уменьшать долговую нагрузку быстрее, чем предусмотрено стратегией Минфина.

Монетарное стимулирование и финансовая система.

Один из важнейших факторов роста – доступность длинного и дешевого кредита. По сути, главная задача финансовой системы – аккумулировать накопления населения и бизнеса и выдавать их в качестве кредитов предприятиям. Поэтому один из индикаторов будущего роста – финансовая глубина экономики, т.е. отношение объема кредитов к ВВП. Несмотря на реляции властей, и без того низкий объем кредитования продолжает сокращаться. Если в 2013 году он составлял чуть меньше 50% от ВВП, то по итогам 2018 года – всего около 30% ВВП (180% – в Дании, 187% – в Японии, в странах ЭС с наивысшими доходами – более 150%).

В результате так называемой антикризисной "чистки" общие активы банковской системы уменьшились с 80% до 38% от ВВП. В то же время более половины активов банковской системы (51,7%) представляют собой неработающие кредиты (в госбанках – выше 70%). В такой ситуации банки попросту не могут наращивать кредитование. Как метко подметил Алексей Кущ, во время "чистки" системы ее нужно было избавлять от проблемных кредитов, а не от банков.

Есть еще один важный фактор – монетарная политика. Даже через несколько лет после активной фазы кризиса ставка центрального банка в Украине остается одной из наивысших в мире (17,5%). Да, высокие ставки помогают обуздать инфляцию. Но это не может продолжаться годами, и ставки не могут более чем в полтора раза превышать уровень инфляции. В результате банки предпочитают зарабатывать на гособлигациях под 17-20% годовых или на сертификатах НБУ под 15-16%.

Скажите, зачем банкам в таких условиях рисковать и кредитовать реальный бизнес? Сравните: в Румынии базовая ставка составляет 2,5, в Польше и Таиланде – 1,5%, в Венгрии – 0,9%, в Израиле – 0,25%. И даже в постсоветских странах ключевые ставки находятся на уровне от 4 до 7,7%.

К чему приводят эти действия НБУ? С одной стороны, при профиците ликвидности в банках на рынке создается дефицит гривны. С другой – массовый приток спекулятивной валюты иностранных компаний, которые скупают наши гривневые гособлигации. Это уже привело к укреплению гривны. При этом реальное производство душится денежным голодом. Т.е. наша хрупкая стабильность держится на переводах наших заробитчан и деньгах иностранных спекулянтов. Последние могут очень быстро убежать из Украины, что создает риск неконтролируемой девальвации.

Читайте также: Что должен сделать новый парламент для сближения Украины с НАТО

Дополнительные риски – в уровне долларизации активов банковской системы (40%) и госдолга (2/3).

Изменение подходов к монетарной политике группой ученых и банкиров описано еще в 2016 году в нашей в Стратегии развития банковской системы. В общих чертах они актуальны и сегодня.

Кроме этого для экономического роста важно дать толчок к правильному развитию всего финансового сектора. Украина не использовала шанс это сделать с 2015 года. Несмотря на давление международных партнеров и отечественной экспертной среды, большинство законопроектов были провалены или забыты парламентом. Я об этом уже писал 2 года назад. С того момента моло что изменилось.

Демографическая яма.

Если с середины прошлого века население Украины неуклонно росло, то с 1994 года – быстро сокращается. По данным ООН, наша страна входит в десятку стран с наивысшими темпами сокращения населения (более чем на 15% до 2050 г.). Последнее исследование МВФ: к 2050 году трудовые ресурсы Болгарии, Латвии, Польши и Украины сократятся более чем на 30%. Для Украины это будет означать торможение роста на 1,7 ВВП в год и минус 38% суммарно до 2050 года.

К середине столетия средний уровень доходов в нашей стране будет составлять лишь 20% от общеевропейского. Уровень расходов на пенсионное обеспечение и здравоохранение превысит 25% от ВВП. Что это означает? Что демографический фактор не просто будет тормозить наш рост, он медленно, но верно ведет Украину к катастрофе. Осознание этого должно ежедневно подстегивать все составы власти к системному ускорению реформ.

Война на Донбассе

Несмотря на лучшие намерения украинских властей закончить войну, она продолжится. Подобные конфликты всегда негативно влияют на экономический рост. Даже в "замороженном" состоянии. Как минимум, из-за снижения инвестиций и чрезмерных расходов на силовые структуры.

Внешние риски

За последний год только ленивый не говорил о приближающемся мировом кризисе. На самом деле, мы находимся в конце большого экономического цикла Кондратьева. "Четвертая промышленная революция идет в глобальном мире, как цунами. В выигрыше останутся только инновационные страны с эффективным интеллектуальным и финансовым капиталом", – заявил еще в 2016 году основатель форума в Давосе, профессор Клаус Шваб.

Как отмечает Алексей Кущ, с окончанием большого цикла Кондратьева сейчас совпал обрыв краткосрочного цикла Китчена (производственная активность) и среднесрочного цикла Жюгляра (динамика инвестиций). И все усилия мировых монетарных центров направлены на максимальное сглаживание перехода от старого цикла к новому.

Читайте также: Какой путь при проведении резких и жестких реформ выберет Зеленский?

В последнем отчете о финстабильности эксперты НБУ также отмечают обострение глобальных рисков и перечисляют признаки стагнации мировой экономики.

Риски есть и в Китае, и в США, и в Европе. Китайская экономика во втором квартале показала самый низкий рост за последние 30 лет. Еврозона тоже на грани существенного замедления. Торговое противостояние Китая и США продолжается. И тут важно, выполнит ли Дональд Трамп свою угрозу о введении пошлин на китайские товары на $300 млрд.

Снижение в августе процентной ставки американской ФРС дает Украине немного оптимизма – это поддержит сырьевые цены на какое-то время. Но слабый доллар также означает и высокие цены на энергетический импорт. И все это не гарантирует отмену кризиса – весь вопрос в том, когда и насколько острым он будет.

Что делать?

Новая власть, имея монопартийное большинство, уже поддается искушению продолжать тренд избирательной кампании – говорить и делать только то, что выгодно, не особо вступая в дискуссии. И это может стать фатальной ошибкой. Ибо все описанные негативные тенденции обязательно проявят себя в ближайшие несколько лет. Законы природы обмануть нельзя, и разочарование командой Зеленского обязательно наступит. Насколько оно будет глубоким, зависит от качества ее действий. Но важнее, что будет с Украиной.

Необходимо максимально эффективно использовать политический ресурс "монолитной власти" для проведения системных реформ. А для этого важно разработать качественный план на ближайшие 5-7 лет. Для его реализации нужно привлекать в команду не только знакомых и просто "хороших" "новых" людей, а максимальное количество профессионалов в разных отраслях. У Украины нет времени на длительную учебу новичков. Также важно построить институты для осуждения отдельных проектов реформ. Среди этих институтов – закрепление прав оппозиции, повышение роли и качества работы парламентских комитетов, выстраивание нормального диалога со СМИ и многое другое.

Повторю: это маленький шанс вырваться из ловушки бедности. И им надо воспользоваться сполна.

Підписуйся на сторінки UAINFO у FacebookTwitter і Telegram

Артем ПЕТРЕНКО


Повідомити про помилку - Виділіть орфографічну помилку мишею і натисніть Ctrl + Enter

Сподобався матеріал? Сміливо поділися
ним в соцмережах через ці кнопки

Інші новини по темі



Правила коментування »  

Новини