Ответ на вопрос «Почему многие действия Кремля сходят ему сейчас с рук?»
Авторская колонка Олега Шро для «Нового Региона» о том, когда российский терроризм получит жесткий отпор
События последних дней на фронте отражения российской агрессии Украиной, к сожалению, убеждают в правильности выводов, сделанных менее полугода назад – Россия перешла к привычной ей тактике массового террора.
«Минск-2» стал не более чем «операцией прикрытия», основная цель которой – сковать действия украинских сил и получить оперативную свободу действий. Дебальцево в этом плане было предсказуемо, срыв январского наступления российско-террористических сил в зоне АТО привел к тому, что ни одной тактической, а тем более ни одной стратегической цели путинские марионетки так и не достигли.
Остановимся на основных целях, которые преследуют «кремлевские мечтатели», о чем они, не стесняясь, открыто говорят, как на митингах, так и с парламентских трибун, и даже в академической среде.
1) И это самая важная цель – получить обширный экономико-политический контроль над Украиной. Дело не только в возможности влияния на украинскую внутреннею и внешнюю политику, важным моментом является и возможность «похозяйничать» в украинской экономике.
Самый яркий пример такого «хозяйствования» демонстрирует Беларусь, в которой после вступления страны в Таможенный союз произошло отжатие местных экономических активов в пользу российского бизнеса. Российские компании без малейшего стеснения перераспределили в свою пользу самые лакомые экономические субъекты Беларуси, например, современные нефтеперерабатывающие и нефтехимические комплексы в Новополоцке и Мозыре, основными акционерами которых, наряду с правительством Беларуси, являются, соответственно, российские компании «Лукойл» и «Славнефть». И это далеко не единичный случай. По сути дела российский бизнес установил контроль над всеми экономическими субъектами Беларуси, отжал все, что представляло для него ценность.
Политическое влияние Кремля на украинскую политику сводится к одной стратегической цели – создание буфера между Россией и Европой, аналогичного Беларуси, с возможностью размещения своих военных баз. Данная цель могла быть достигнута двумя путями:
а) Установление в Украине «дружественного» России политического режима, действия которого с одной стороны обеспечивают протекцию российской деятельности, а с другой стороны, во внешнеполитических шагах страна полностью идет в фарватере российской политики. Эта цель, в итоге, стараниями самого российского руководства, благополучно похоронена. Хотя учитывая изначально лояльное отношение украинцев к России, шанс реализации такой цели был очень высок. Причина – в слабым знании фактической общественно-политической ситуации в Украине, и даже в профанации таких исследований. Об этом писал бывший зам. руководителя Центра исследования проблем стран ближнего зарубежья Российского института стратегических исследований Александр Сытин в своих последних работах.
б) Второй путь достижения цели – именно то, что в итоге выбрало российское руководство – попытка превращения Украины в «серую», криминогенную зону, по образцам, реализованным в «ДНР» и «ЛНР» на сегодняшний день. Не смотря на то, что эта цель не достигнута, тем не менее она привела к ползучей российской агрессии и росту террористических угроз в Украине.
О последнем надо сказать особо. Дело в том, что Украина за все свои предшествующие 23 года независимости не испытывала террористических угроз. Терроризм не был элементом украинской политики. В стране все эти годы развивался мирный политический процесс, в условиях политической конкуренции.
Оставим вопрос о достоинствах и недостатках этого процесса за рамками наших обсуждений, важен именно мирный вектор развития политической жизни. Причина кроется в различиях общественного сознания россиян и украинцев. Если в первом случае мы имеем дело с социально-пассивной и даже инертной массой, то украинское общество наоборот отличается высокой социальной активностью, самоорганизацией и гражданской зрелостью.
Именно поэтому достижение цели создания из Украины «серого» буфера потерпела крах. Стратегический просчет российских аналитиков общественной реакции и оценки украинского мобилизационного эффекта и привел к полному провалу «проекта новороссия».
2) Вторая цель Кремля менее очевидна, но напрашивается исходя из действий российского руководства, а именно – упорное продолжение Россией политики эскалации конфликта не только на востоке Украины, но и задиристое поведение в отношение ЕС и НАТО. Это свидетельствует о попытке спровоцировать глобальный конфликт. Тот капкан, в который попала Россия в результате своих же действий – требует незамедлительного разрешения.
Если говорить о «нормальном» решении социально-экономических и политических проблем, с которыми столкнулась Россия – то можно смело констатировать отсутствие ресурсов и сил для этого. С другой стороны есть веками отработанная технология «мобилизационной сборки» России – ответ на вызов внешней угрозы. Правда, применение ее в современном мире, где предпочитают торговать, а не воевать, есть не что иное, как архаизация общественно-политической жизни. Применять методы, актуальные еще столетие назад к современности, это все равно что, имея под рукой технологический комплекс деревообработки, выстругивать доски каменным топором.
В связи со всем этим у стран Запада возникает сложная дилемма: с одной стороны они всячески стремятся обуздать российскую агрессию, используя экономические и политические рычаги, а с другой – не решаются на силовое воздействие. Если первая часть дилеммы понятна – происходит реализация «стандартных схем» давления «мягкой силы», то вторую нужно рассмотреть более подробно.
Станы НАТО прекрасно знают способности российских вооруженных сил и их техническое оснащение. Это как ответ «ватникам», скандирующим «Россию никто не поставит на колени!». Дело в том, что на «колени» она еще и не вставала, лежит себе пузом в грязи и хрюкает от блаженного удовольствия. Извините, но когда в ответ на пролет вблизи британского воздушного пространства бомбардировщиков Ту-95 британцы подняли в воздух истребители 70-х годов из семейства «Lightning», уже давно снятые с вооружения, и находящиеся в эксплуатации у частных лиц – это в чистом виде троллинг реальности, английский юмор, а не боевая операция...
Разгром российской армии в открытом бою с силами североатлантического альянс – это на самом деле вопрос нескольких дней, с учетом технологии «дистанционной войны», позволяющей, в частности, уничтожить российский ядерный потенциал в течение получаса. Почему же НАТО не предпринимает жестких мер? Ответ на этот вопрос лежит в несколько иной плоскости: А что делать потом? И это серьезная проблема. Путин, находясь 15 лет у руля, демонстрировал умение управлять внутренней ситуацией в РФ, не доводя многие вопросы до социальных взрывов и потери контроля. А вот если Россия будет разгромлена – то возникают проблемы управления данной 1/6 части суши, с далеко не дружественным по отношению к североатлантическому альянсу населением.
Добавим к этому доступность ядерных технологий, которые в случае разрушения российской государственности окажутся не известно в чьих руках. Поэтому существует вопрос организационного характера – кто готов после разгрома России взять на себя тяготы контроля и управления этой территорией? А ведь там нужно будет задействовать немалые силы, ресурсы, которые не лишними будут и в самих странах НАТО, еще не оправившихся до конца от последствий мирового системного кризиса.
Именно поэтому многие действия Кремля сходят ему сейчас с рук, да и не прекращаются попытки мирного урегулирования вооруженного конфликта, с возвращением России в русло нормальной мировой политики. Но судя по последним, все более жестким мерам, мир вплотную подошел к силовому разрешению проблемы, связанной с нынешней Россией.
Повідомити про помилку - Виділіть орфографічну помилку мишею і натисніть Ctrl + Enter
![](/static/imgs/arrow66.png)
Сподобався матеріал? Сміливо поділися
ним в соцмережах через ці кнопки