MENU

Что сделало Ким Чен Ына таким покладистым

5857 0

Незадолго до саммита Трампа и Ким Чен Ына в Сингапуре, который в итоговом документе, подписанном двумя лидерами, уже нарекли «эпохальным событием огромного значения», Рудольф Джулиани, бывший мэр Нью-Йорка, а ныне адвокат президента США, позволил себе медийную вольность.

Он заявил, что жёсткая политика Дональда Трампа заставила Кима «на коленях умолять» не отменять двустороннюю встречу. Добавив, что это именно та поза, в которой хотелось бы видеть лидера КНДР. В других обстоятельствах подобное унизительное высказывание, возможно, обернулось бы отменой саммита со стороны Пхеньяна. Однако нынешняя ситуация почти лишила «маленького ракетчика» выбора. 

Ядерные испытания и запуски баллистических ракет, устроенные северокорейским диктатором, подняли градус напряжённости не только в регионе, но и в мире. Они спровоцировали взаимную риторику войны, но они же и подтолкнули стороны к переговорам, дабы избежать обмена реальными ударами. Кроме того, экономика КНДР – крайне бедной державы, занимающей 114-е место по ВВП на душу населения из 230 стран, – буквально надорвалась в своём милитаристском угаре. 

Читайте также: Історична зустріч Трампа і Кім Чен Ина: хто кого переграв

Вдобавок в корзину санкций против Пхеньяна были брошены дополнительные чёрные шары. И это оказалось тем случаем, когда едва ли не весь мир проявил солидарность с Вашингтоном. Ким остался в одиночестве. 

Один из экспертов по Северной Корее Чон Сон-Чан в интервью французской Le Monde обрисовал беспросветную ситуацию страны чучхе так: «Изоляция стала почти тотальной, ООН запретила основные поставки нефтепродуктов. Главные валютные источники режима иссякли. В случае продолжения следования по этому пути банкротство Северной Кореи стало бы неизбежным».

Положение дел, разумеется, не могли спасти рыночные реформы, инициированные Кимом после прихода к власти. Как отмечала ещё год назад Financial Times, «даже скромным реформам мешают нехватка электроэнергии, устаревающее оборудование и введённые из-за ядерной программы санкции». 

Попытки вырваться из этого заколдованного круга ни к чему не привели. В мае прошлого года в КНДР провели торговую ярмарку, которую, если верить местным СМИ, посетили более 230 компаний из разных стран, включая Италию и Беларусь. Но какого-либо притока денег в страну это не дало: инвесторы не выказали доверия бизнесу, основанному на отношениях, а не на правилах.

Из-за чего в корейских СМИ поднялась волна критики в его адрес. 

Читайте также: Внешнеполитическая доктрина Трампа: Заруба приближается

Москва, всячески демонстрирующая поддержку Пхеньяну, оказалась в данной ситуации колоссом на глиняных ногах. Никаких сил противостоять давлению Вашингтона в регионе она реально не имела. Как выразился эксперт по Дальнему Востоку в Санкт-Петербургском государственном университете Владимир Колотов, «мы не более чем беспомощные наблюдатели в переднем ряду». 

Киму оставалось либо всё сильнее подсаживать страну на иглу чучхе (с которой она, по большому счёту, никогда и не слезала), либо искать компромиссы со США в надежде выторговать куш побольше. Он выбрал второй путь. Хотя нельзя сказать, что был здесь первооткрывателем. Его отец в своё время пытался продать отказ от разработки ядерного оружия американцам за «гонорар» в $1 млрд. Причём in cash. Причём так, чтоб ежегодно. В Вашингтоне платить отказались и на шантаж не повелись. 

Более того, весь антураж вокруг нынешнего саммита показывает, что Штаты извлекли урок из своего предыдущего общения с северокорейскими лидерами. И сегодня Трамп исповедует армейский принцип: лучшее поощрение – это снятие ранее наложенного взыскания. Никто на государственном уровне не обещает каких-либо финансовых потоков в КНДР. Всё, о чём говорится, это снятие санкций. Стоит этому судьбоносному событию произойти, как далее в страну хлынут частные инвестиции. 

Читайте також: Америка выбирает друзей

Подобный «пряник» сулил Пхеньяну ещё в прошлом месяце помощник Трампа по национальной безопасности Джон Болтон. И госсекретарь Майк Помпео соблазнял Ким Чен Ына примерно тем же: венчурные инвесторы, поставщики капитала – всё это у тебя будет. При этом Помпео чётко говорил, что каких-либо госпрограмм помощи Пхеньяну со стороны Вашингтона не планируется. 

Согласитесь, не слишком сложный пасьянс. Денуклеаризация в обмен на снятие удавки санкций с некоторыми возможными частными инвестиционными перспективами. Либо дальнейшее существование в виде страны-изгоя, всё более и более постигающей все прелести практически тотальной изоляции. 

Но, возможно, и это ещё не полностью исчерпывает ассортимент пропозиций США. 

Читайте также: Минимум конкретики и максимум пафоса – Кунадзе о совместном заявлении Трампа и Ким Чен Ына

В начале 2016 года Сун Юн Ли, профессор-кореевед из Школы права и дипломатии Флетчера, выступил с предложением не просто ужесточить санкции в отношении КНДР, а заморозить офшорные счета её правящей верхушки. И если кто-то думает, что подобный призыв не опирается на реалии – какие там офшоры для самой закрытой страны в мире, – то заблуждается. Ещё в марте 2010 года представители южнокорейской разведки дали понять, что Ким Чен Ир – «любимый руководитель» Северной Кореи и отец нынешнего Кима – припрятал в Европе приблизительно четыре миллиарда долларов, вырученных от продажи ядерных технологий и наркотиков, страховых мошенничеств, подделок денег и применения принудительного труда. И вряд ли стоит думать, что «яблоко от яблони» в этом смысле могло упасть слишком уж далеко. Ну разве что порядок офшорных сумм мог за это время быть увеличен. 

Иными словами, вся силовая политическая эквилибристика, которую проделал Трамп в отношении Ким Чен Ына, вполне вписывается в формулу: мы сделаем ему такое предложение, от которого он не сможет отказаться. Едва ли можно утверждать, что лидер КНДР выбирал здесь между добром и злом. В его, разумеется, понимании. Но всё-таки это был выбор. В пользу меньшего зла. По счастливому совпадению – очень выгодный для нынешнего глобального мироустройства в целом. Если, конечно, столь триумфально спущенная на воду переговорная лодка не разобьётся о подводные камни жёсткой конкретики, которые, например, уже обозначились на саммите в Сингапуре. Корреспонденты из делегации Белого дома неспроста сделали акцент на том, что северокорейский лидер так и не дал какого-либо ответа на вопрос: откажется ли он от ядерных ракет. Вполне возможно, что нет. Если вдруг что-то пойдёт не так.

Підписуйся на сторінки UAINFO у FacebookTwitter і Telegram

Юрий БОЖИЧ


Сообщить об ошибке - Выделите орфографическую ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter

Понравился материал? Смело делись
им в соцсетях через эти кнопки

Другие новости по теме



Правила комментирования »  


Новости