MENU

Процесс над большевизмом подобный Нюрнберскому должен состояться если не в зале суда, то в нашем сознании

6865 1

Обычно я против того, чтобы затрагивать слишком личные темы на страницах Фейсбука. Но события последних дней разбередили душу.

Из украинской политики, надеюсь, навсегда уходит человеконенавистническая коммунистическая идеология. 

Время покаяться всем, кто подобно мне, был ее активным проводником и пропагандистом..

В памяти каждого человека есть имена с особым звучанием, имена вызывающие особые чувства в сознании. Для меня это имя "Лена". Имя воспитавшей меня, моей горячо любимой бабушки.

Этот рассказ дань ее светлой памяти...

Судьба бабушки была трагичной и одновременно типичной и показательной для своего времени.

Родившаяся в 1911 году, она была самым младшим одиннадцатым ребенком в семье сапожника в небольшом городке Сумской области, у станции "Терещенковская" Юго-Западной железной дороги. Половина бабушкиных братьев и сестер погибли в годы гражданской войны.

Выжившие были убежденными коммунистами и комсомольцами.

При том, что их отца, имевшего двух учеников-подмастерьев, советская власть объявила эксплуататором и выселила из родного дома.

По воспоминаниям бабушки, этот расположенный на центральной улице, самый красивый, самый ухоженный дом во всем поселке, был экспроприирован для того, чтобы разместить в нем органы новой власти.

Бабушкин отец возненавидел большевиков, отнявших у него, уже пожилого человека не только всех его взрослых детей, но и семейный очаг, любимое дело, средства к существованию.

Однажды увидев свою 10-летнюю дочь Лену, вернувшуюся со школы с гордо повязанным красным пионерским галстуком, он сорвал его с бабушкиной шеи и сжег в печи. Этот поступок навсегда рассорил прадедушку с последним оставшимся в семье самым младшим и самым любимым ребенком.

Бабушка убежала из дому к своему старшему брату Николаю, с которым в конце 20-х годов переехала в Киев.

Николай Макарович в Киеве работал редактором популярного журнала "Молодняк", в котором печатались будущие классики украинско-советской литературы.

В Киеве бабушка с семьей дяди Коли жила в сохранившемся до сегодняшнего дня Морозовском доме на углу улицы Владимирской и Льва Толстого.

В те годы существовала система "рабфаков" - чтобы учится в ВУЗе необходимо было трудится на стройках социализма. Бабушка работала на заводе "Большевик" крановщицей литейного цеха и училась в университете на математическом факультете.

В 34-м году Николая Макаровича арестовали по доносу его коллеги - будущего известного украинского театрального деятеля и на 20 лет сослали на Колыму, где он чудом выжил и вернулся в Киев лишь в конце 50-х годов.

Тогда же в 34 году перед бабушкой - секретарем партийной организации крупнейшего цеха завода "Большевик" встал выбор. Или публично осудить своего брата, и отказаться от своего родственника врага-народа, либо быть исключенной из партии и подвергнутся гонениям и обструкции.

Бабушка, не согласившись с обвинениями брата, вместе с его семьей отправилась в ссылку в Кировскую область.

Большинство оставшихся в Украине бабушкиных родственников не отделались Колымой и ссылкой. Практически все взрослые мужчины были арестованы и расстреляны в 37 году.

В ссылке бабушка работала учителем математики в маленькой сельской школе в Предуралье, где встретила своего будущего супруга - учителя русского языка и литературы моего дедушку Петра Федосеевича Чекалкина (рассказ о семье Чекалкина отдельный пост в Фейсбуке).

В 39 году, через две недели после рождения моего отца, дедушку призвали в Красную армию и отправили на Дальний восток в места боевых действий у реки Халхин-Гол. Спустя два года, с началом войны с Германией дедушку к тому времени командира артиллерийской батареи перевели на Западный фронт, где он погиб в июне 44 года.

Годы советской власти были страшным временем, когда отравленные коммунистической идеологией, сотни миллионов наших сограждан проводили чудовищные эксперименты над своими судьбами, умами и чувствами.Это были одни из самых кровавых страниц в истории человечества.

Преступны помыслы и намерения тех, кто сегодня в соседней России ностальгируя за советскими временами, вновь возрождает совковое мышление, совковые идеалы и памятники.

Мне самому стыдно за те годы, когда я был не просто коммунистом, а секретарем партийной организации, убежденным пропагандистом советской идеологии.

В 2010 году я откликнулся на предложения украинских телеканалов выступить в прямом эфир оппонентом Петра Симоненко на президентских теледебатах. По выбору Симоненко дебаты походили в одном из концертных залов Севастополя.

Свое выступления я начал с рассказа о том, как в 1920 году большевики расстреляли в Севастополе 90 тысяч белогвардейских солдат, матросов и офицеров, которых обманом убедили сдаться в плен. С объяснения почему именно в Севастополе в годы второй мировой войны был самый высокий уровень коллаборационизма с фашистами...

Я не успел сказать и трех предложений, как собравшийся в зале электорат стал неистово меня захлопывать, кричать мне "Бандера", фашист и прочее...

Процесс над большевизмом подобный Нюрнберскому должен состояться если не в зале суда, то в нашем сознании, нашей памяти и нашей совести...

Дмитрий ЧЕКАЛКИН


Повідомити про помилку - Виділіть орфографічну помилку мишею і натисніть Ctrl + Enter

Сподобався матеріал? Сміливо поділися
ним в соцмережах через ці кнопки

Інші новини по темі



Правила коментування ! »  
Комментарии для сайта Cackle

Новини